Пакт охранения Культуры – Пакт Н.К. Рериха как выражение философии космической реальности

 

<…> Выступая в Белом доме на церемонии подписания Пакта [Рериха] странами западного полушария Земли, тридцать второй Президент США Ф.Д. Рузвельт обратил внимание присутствующих на то, что «договор заключает в себе духовное значение гораздо более глубокое, нежели выражено в самом тексте» [1, с. 192]. Он является выражением «важнейших принципов сохранения современной цивилизации», в том числе «основной доктрины ответственности и солидарности» [1, с. 192].

В чем же заключается «гораздо более глубокое» значение Пакта?

После того как в России, Индии и Европе прошли конференции и выставки, посвященные Пакту, после того как ученые многих стран мира собирали, изучали, анализировали его историю, можно с уверенностью сказать: Пакт Культуры – сложный многосоставной феномен. Он представляет собой особое метаявление, в которое входят и текст юридического документа, и огромные материалы, связанные с продвижением Договора, и имя Николая Константиновича Рериха, которое введено в название документа, деятельность всех Рерихов, в том числе Елены Ивановны, вдохновлявших и руководивших работой по Пакту, и как вершина этого явления – Знамя Мира. Е.И. Рерих оценивала Договор как грандиозное свидетельство преддверия Новой эпохи, новой эволюционной ступени в истории человечества.

Н.К. Рерих. Знамя Мира. 1931.

Как известно, идея создания Пакта Культуры восходит к 1903 году, когда Николай Константинович вместе с Еленой Ивановной, путешествуя по древним городам России, увидели, как разрушаются, гибнут, исчезают с лица Земли шедевры человеческого гения, народные святыни: храмы, росписи, крепости, утварь и т.п. Окончив юридический факультет Санкт-Петербургского университета и будучи учеником выдающегося российского юриста и общественного деятеля Ф.Ф. Мартенса, по инициативе которого на рубеже XIX-XX веков прошли первые Гаагские мирные конференции, Николай Константинович уже в 1904 году выступил в Императорском русском археологическом обществе с предложениями по защите старины. Он входил в число членов и организаторов многочисленных Советов, Комиссий, Обществ, занимавшихся этими проблемами [2, с. 8–15]. В годы Первой мировой войны (1915) он сделал специальный доклад на эту тему русскому императору Николаю II и верховному главнокомандующему – Великому князю Николаю Николаевичу, выпустил плакат («Враг рода человеческого», 1914), написал ряд картин (например, «Зарево», 1914). В марте 1917 года, сразу после февральской революции в России, Рерих принял пост заместителя председателя Комиссии по делам искусства, ибо «призывы к охранению Культуры одинаково неотменны при всяких правлениях» [3, с. 10].

Качественно новый этап становления Пакта начался в 1929 году, вскоре после завершения Центрально-Азиатской экспедиции. Время между первой встречей Рерихов с Учителями… в Лондоне в 1920 году, встречей в Дарджиллинге, на земле Индии в 1924-м и окончанием Центрально-Азиатской экспедиции в 1928-м стало важным средоточием их жизненной Миссии. За эти семь-восемь лет Николай Константинович и Елена Ивановна достигли полноты обновления: раскрылся Цветок их Огненного Духа, изменился их физический организм. Одними они вошли в экспедицию – другими вышли из нее.

Уже в 1929 году международный договор, подготовленный доктором международного права и политических наук Парижского университета Георгием Шклявером и профессором, членом Международного Гаагского суда Альбертом Жоффр де Ла Праделем, вместе с обращением Н.К. Рериха к правительствам и народам всех стран, был опубликован. Тогда же в Нью-Йорке, Париже и Брюгге (Бельгия) были учреждены постоянные Комитеты Пакта. Каждый год в течение последующих шести лет десятки посланий, приветствий, меморандумов, писем, отчетов, рекомендаций, статей, конференций формировали энергетическое поле общественного движения Пакта. <…>

Общая энергия миротворческой деятельности Пакта тогда оказалась столь велика, что в 1937 году на нее активно откликнулись рериховские общества Балтии, в 1938 году – старейшее литературное общество «Нагари Прачарини Сабха» в Бенаресе, месте первой проповеди Будды Шакьямуни. Тогда же Знамя Мира было развернуто в Карачи [см.: 1, с. 204-215]. Рабиндранат Тагор писал профессору Рериху, определяя Пакт как «великую гуманитарную работу во благо народов»: «Я глубоко уверен, что он будет иметь огромные последствия для культурного взаимопонимания народов» [1, с. 218].

Однако до начала Второй мировой войны ни одна из европейских стран не подписала Договор. Европа выстраивала свой путь к бойне: скрыто или явно, сознательно или неосознанно, в качестве тирана или как жертва. Европа оказалась запрограммирована на войну. Сбывались слова, сказанные Великим Учителем Рузвельту: «Европа являет знаки разложения. <…> Пусть динамит взрывается, где его закладывают» [4, с. 64].

После Великой войны миросозидательные энергии Пакта не опали, они развернулись в широкое международное движение «За мир во всем мире» со знаменитым белым голубем П. Пикассо в качестве его символа.

Добившись независимости, Индия, благодаря стараниям Пандита Дж. Неру, в исключительно короткий срок одобрила Пакт. В газетах появились заметки о принятии и подписании его Правительством, но официального оповещения об этом так и не последовало. Как отмечает Е.И. Рерих, помешала Кашмирская война [см.: 1, с. 218, 496, 498, 501].

С 1954 года история защиты культурных ценностей в случае вооруженных конфликтов оказалась связана уже не с Пактом Рериха, а с межправительственной конференцией в Гааге и принятыми на ней документами.

Таковы основные вехи социальной истории Пакта Культуры.

Однако, как известно, «каждая сила, входящая в жизнь, творит на видимом плане, но напрягается невидимым рычагом» [5, 819]. «Говоря об основах жизни, Мы называем их Надземными» [6, 310]. И история Пакта будет неполной, если из нее исключить «историю поверх историков» (Н.К. Рерих), если не попытаться распознать ее метакорни.

Сегодня среди метарычагов Пакта прежде всего открывается деятельность Великих Гималайских Учителей, о которой свидетельствует наследие Рерихов, Их «неуклонная забота о сохранении Прекрасного». Миллионы лет Они спасали памятники искусства, собирали изобретения, «модели городов и других исторических мест», «памятные предметы». Они бережно хранили их в Своих Хранилищах, часть которых видела Елена Ивановна. «…В предвидении Армагеддона, – свидетельствует книга “Надземное”, – Мы приступили к распространению советов о лучших способах охранения мировых сокровищ» [6, 122]. Последнее не может не ассоциироваться с работой над Пактом Культуры. <…>

Важно не только охранить памятники как материальные объекты от физического разрушения. Главное – охранить их духовную жизнь, их метажизнь, их роль посредников проявления высоких огней духа в плотных земных формах. Главное – охранить работу химизма Светил, действующих через каждый подлинно великий памятник Культуры.

Однако не только спасением памятников занято Братство Великих Учителей. В книге «Надземное» есть знаменательные строки: «Существует общество покровительства животным, но нет общества охранения человека». «…Не только война и смута, но и школа, и семья полны низкими [изысканными] мучительствами». «Сознательное терзание ближнего не отличается от самых диких эпох». «…Должна быть охранена неприкосновенность личности» [6, 58], достоинство должно быть охранено.

Об этом очень точно сказано в первой статье Договора: «Таким же уважением и покровительством [как исторические памятники, музеи, научные, художественные, образовательные и культурные учреждения] пользуются сотрудники (!) вышеназванных учреждений <…> как во время войны, так и в мирное время» [1, с. 514-515].

Так, согласно замыслу Гималайского Братства, Пакт становится Договором об охранении человека – носителя и со-творца Культуры. Каждый подлинный сотрудник Культуры, согласно Пакту, представляет собой сокровище страны, составляет высочайшую ценность всей Планеты. Его нельзя просто так убить, гноить в лагерях, держать в застенках, пытать, унижать, топтать, порочить. Пакт реально вводил гуманистическую составляющую во внешнюю и внутреннюю политику подписавших его государств, разворачивая ее в сторону принципиально новых методов и инструментов управления.

Наконец, последнее замечание, связанное с историей Пакта. В официальное юридическое название Договора введено имя его создателя – «Пакт Рериха». Когда в конце 1934 года документ готовился к подписанию в Америке, Елена Ивановна Рерих была очень озабочена изъятием Имени Пакта. В нескольких письмах она настоятельно напоминала о необходимости вернуть его: «Нам Указано, что Пакт без имени [обозначенный лишь номером и местом ратификации] будет лишен своей души» [1, с. 454]. Ссылки авторитетов по международному праву на специальный закон и мировую практику, исключающую именование Договоров и Пактов, были для нее формальны и неубедительны. <…>

Какое место в феномене Пакта занимает его Знамя: белое полотнище и знак Триединства на нем?

В Резолюции Седьмой международной конференции американских государств по Пакту Рериха и в преамбульной части Договора (два раза!) повторяется одна и та же концептуально важная формулировка: рекомендовать правительствам государств присоединиться к Пакту, «направленному на всемирное признание флага, <…> в целях обеспечения <…> охраны культурных ценностей» [1, с. 513-514]. Нельзя не обратить внимание на то, что первой целью Пакта здесь называется «всемирное признание флага». Лишь в статье третьей флаг определяется как отличительный знак, а в четвертой статье речь идет о составлении реестра охраняемых памятников и учреждений.

Таким образом, композиция этого небольшого (всего несколько страниц) международного документа совершенно определенно указывает на доминирующую роль Знамени Пакта. <…>

…Процитированные выше фрагменты текста Пакта Рериха позволяют увидеть в Знамени своеобразное «навершие» [1, с. 480], «замковый камень» Пакта, связать с ним его священные первосмыслы, то, что «гораздо глубже, нежели самый инструмент» [1, с. 310].

Знамя Пакта не механически сложенный символ. В нем сокрыт и развернут Дух Пакта, его сакральное Зерно, его Принцип, который лишь в своей внутренней сущности мог служить эволюции Мира.

Флаг в наследии семьи Рерихов называется по-разному: Знамя Мира – мира как отсутствия войны и как Вселенной, Космоса, Мироздания; Знамя Культуры – культуры как суммы эволюционных достижений человеческого гения и как особого метаявления – «почитания Света». «Легкий ветерок Инобытия» (Л.В. Шапошникова) – непременный признак состояния Культуры.

Глубокие онтологические смыслы знамени Культуры раскрывает его именование в качестве Знамени Света: Света как инструмента «сожжения тьмы» и как способа манифестации кристаллизованной Материи Духа. В 1948 году Е.И. Рерих прямо пишет американским друзьям: «…огненная печать лежит на Знамени Вл[адыки] <…> Непреложность этого должна утвердиться в сердцах всех, стремящихся к Миру Света и Культуры Духа» [1, с. 499]. Знамя Света формирует пространство непосредственных касаний человеком Земли тончайших всеначальных всепроникающих энергетических вибраций, его прямых прикосновений к универсальному соединительному веществу – Веществу Света, без которого все части, все элементы мира оставались бы мертвыми и разъединенными. <…>

Таким образом, многосложное смысловое поле Знамени Пакта включает в себя многие ключевые образы, понятия, законы философии космической реальности, как она изложена в Живой Этике. <…>

И «Великое Знамя Мира несет свои заряды Света» [6, 381], – сказано в книге «Надземное». И оно «огненно насыщает токи вокруг Земли, как панацея против зла» [6, 381]. Так в самом явлении Знамени утверждается «огненность всего сущего», «огненное начало, проникающее все». <…>

В XX веке Огненное Знамя Пакта осветило Горний Путь [см.: 6, 812, 21]. Оно возделывает пашню Земли, сеет в ней семена Света, оплодотворяя ее, и несет растерзанной Планете утверждение Нового мира, закладывая потенциал Новой Земли и Нового Неба. И если прежде не секретные, но сакральные Принципы бытия Жизни были свернуты и одновременно презентованы в символах Священного Камня, священной Чаши, святой Лестницы Иакова, Триратны в огненном ореоле и т.д., то сейчас в историю светского общества широко вводилась новая форма – Знамя, охраняющее духовные тела всего живущего, цементирующее пространство трех миров.

Что касается знака Триединства, то о нем написано множество книг. Известно, что знак в нашем начертании имеет древнейшее происхождение. Он встречается и на древних камнях Монголии и горных перевалах Гималаев, в неолитических орнаментах гончарных изделий, на щитах древнегреческих богов и героев: Афины и Геракла, на гербах городов, в одеждах христианских святых, изображенных на иконах, и в скульптурном изображении Будды Майтрейи Дзанабадзара, среди украшений храмов, а также в перстнях и фибулах. Значительно реже появляется он на знаменах: буддийских [1, с. 276] или, например, японского феодального рода. Как отмечалось, XX век впервые принял знак Триединства в масштабах Планеты и развернул Знамя Пакта над культурными памятниками. <…>

В свете философии космической реальности, в частности, закона Иерархии, мы не вправе исключить участие среди проводников психической энергии и как будто неочевидных Сил – Великих Учителей человечества. Как следует из записей Рерихов и наследия Б.Н. Абрамова, сущности высочайших энергетических уровней не раз онтологически присутствовали в научных опытах, направленных на открытие важнейших судьбоносных для эволюции Земли и человечества Знаний. Они помогали, направляли, способствовали научным открытиям.

В этом контексте становится ясным, что такие культурные программы, как «Знамя Мира в Космосе» (1990), «Знамя Мира на Северном Полюсе» (1999), в кругосветных путешествиях Ф. Конюхова не просто были внешним украшением проектов, а реально оказывали сильные пространственные влияния, меняя состояние многомерных физических полей Земли. Другое дело, что современная наука не имеет пока убедительных приборных подтверждений этому. <…>

Рерихи не раз повторяли: вставшие под Знамя спасены будут. «Знамя Поднято. В духе и сердце оно не будет опущено никогда» [1, с. 257].

Семьдесят пять лет назад это заявление, этот призыв поддержали полномочные представители нашей Планеты и скрепили Пакт Культуры – Пакт Рериха печатями своих государств в даты, указанные против подписей.

Сегодня – дело за нами.

 О.А. Уроженко, г. Екатеринбург.

Литература

1. Знамя Мира. М.: МЦР, 2005.
2. Штробль Л. Охрана культурного достояния и международное право // Культура и время. № 2. 2000.
3. Рерих Н.К. Листы дневника. В 3 т. Т. 2. М.: МЦР, 1995.
4. Рерих Е.И. Письма. В 9 т. Т. 3. М.: МЦР, 2001.
5. Живая Этика. Беспредельность.
6. Живая Этика. Надземное.

* Полный текст статьи опубликован: Уроженко О.А. Пакт охранения Культуры – Пакт Н.К. Рериха как выражение философии космической реальности // Живая этика и наука. Вып. II. М.: МЦР, 2013. С. 343–358.

Опубликовано в Кузбасской Рериховской газете «Свет Утренней Звезды» от 30 декабря 2025 г.,  № 1/2(123). С. 18.