Он учил развитию сердца

Автор: | 06.07.2024

Фрагмент выступления Б.А. Данилова в Новосибирской картинной галерее 9 октября 1992 года

<…> Сейчас я хочу вновь вернуться к вопросу почитания Учителя, принятому на Востоке. Вернусь в связи с обликами Николая Константиновича и Елены Ивановны [Рерихов]. В книге «Шамбала Сияющая» Николай Константинович даёт наглядный пример того, как сокровенно, с каким почитанием, с каким внутренним трепетом ведут беседу два великих посвященных: Лама, который, надо понимать, был одним из Учителей, и Николай Константинович. Как бережно они касаются тончайших и высочайших тем. Не в пример нашему обиходу, когда разговор об Учителях, о Твердыне Знания превращается в некое панибратство, в похлопывание по плечу. Может быть, стоит еще раз взять эту книгу в руки, просмотреть и внимательно вникнуть в ее содержание. Отношение Ламы и Николая Константиновича – не рабское преклонение, подсказанное интеллектом, а сердечный трепет, рождающий понимание того Величия и Красоты, которые воплощены в Великих Обликах Учителей Света, величайшим самопожертвованием расчищающих путь человечеству в эволюционном направлении. «Сотрудничество предложено Учителями Света», – так определяет этот вид отношений Учение Живой Этики. Сотрудничество предложено людям нашей планеты в расширении сознания, в претворении эволюции на планете. В этом Красота и Беспредельность возможностей.

С.Н. Рерих. Профессор Н.К. Рерих. 1934

Елена Ивановна и Николай Константинович Рерихи – тоже наши Учителя, подвижники. И нам нужно понимать: через этих людей была реализована Воля Иерархии Света в двадцатом столетии на нашей планете. Хотим мы или не хотим, через них пришло новое Провозвестие, новое Учение. Но нужно сразу сказать, что новое Учение не отвергает прежние, за исключением тех, которые выступают против эволюции. Это Учение Красоты, это Учение Подвига, это Учение, как пройти в день завтрашний.

Многое уже известно об этих удивительных людях. Много литературы издано, много лекций прочитано, много кинокартин снято. Сегодня хочется рассказать о воспоминаниях тех, кто лично знал Елену Ивановну и Николая Константиновича, о воспоминаниях учеников Николая Константиновича. Эта информация дошла не в письменном виде, а в виде долгих доверительных бесед с упомянутыми учениками.

Что, прежде всего, сохранилось в их памяти? Ответ на этот вопрос был одним: «Их величие в простоте и в огненной устремленности к своей цели». Эта простота, которая не выделяла их среди людей. Внешне они были как все, так же ходили по земле, так же одевались, так же кушали, пили, так же имели радости, так же претерпевали и горести, которые встречались на их пути. Они были людьми простыми, такими же, как мы, – так определяли их ученики. Но к этому они добавляли фразу об «огненной устремленности к цели». Вот это ставило их уже на уровень неземной, на уровень, который намного опережал нас. И если мы готовимся сегодня перейти из пятой в шестую расу, то это были люди, вероятно, выше этих рас. Николай Константинович – это человек планеты, непосредственный сотрудник Космоса. <…>

Николай Константинович никогда не замыкался в своих идеях, как говорят его ученики. Он принимал культуру в планетарном масштабе и отлично понимал слово «Культура» как объединение двух корней: «Культ» и «ура». «Культ» – Служение, «Ур» – Огонь, Свет, то есть служение Свету. Он был истинным служителем Света. Он принимал все лучшие творения человеческого гения – и в живописи, и в музыке, и в поэзии, и в прозе, и не отвергал их, если они стояли на пути служения человечеству. А у нас даже те, которые называют себя последователями Рерихов, нередко ограничивают круг своих художественных предпочтений, поклоняясь только картинам Николая Константиновича. Действительно, картины эти прекрасны, потому что в них заложено прекрасное. Но нужно понимать, что Николай Константинович – это широта, которую вместить очень трудно. Он никогда нигде не говорил: «Смотрите только на мои картины и не вздумайте смотреть на Верещагина, на Шишкина, на Репина или на иностранных мастеров живописи». Нет! Он так же их ценил, так же ими восхищался, так же отдавал им должное. А почему же мы должны вступать в эту возню? Почему мы думаем, что если мы посмотрим на картину другого мастера, то мы тем самым какую-то измену допустим Николаю Константиновичу. Нет, широта должна быть во всем. Величие Николая Константиновича заключалось в том, что он ценил, отдавал должное всякому истинному творению культуры: всему, что будило в людях сознание и что влекло по пути эволюции. Николай Константинович никогда не был сектантом, тем более самоутверждающимся. Он широко понимал культуру и жизнь и всегда был на позициях именно этой широты. <…>

Все они (ученики. – Ред.) всегда говорили, что Николай Константинович очень высоко ставил понятия Учителя и Иерархии. Это возводилось в некое особое состояние, о котором уже немного говорили. Это сердечный трепет, это принятие данного понятия не интеллектом, которым трудно воспринять всю глубину, всю красоту, всю ответственность явления Иерархии, а именно через сердце. Так учил Николай Константинович.

Следующее качество, которое отмечали ученики Николая Константиновича, – это преданность, преданность делу служения Иерархии Света, преданность пути эволюции. Никакие соблазны, никакие трудности, никакие препятствия не могли его столкнуть. Это была преданность, которая, можно сказать, измерялась не земными мерками. И это подкреплялось устремлением. В картинах Николая Константиновича есть сюжеты, в которых он символично изображает себя вместе с Еленой Ивановной. И фигуры эти выражают именно устремленность. Например, картина «Сам Вышел». На ней изображены плывущие в лодке Елена Ивановна и Николай Константинович. На берег навстречу им Вышел Великий Учитель. Какая композиция! Она действительно под силу только великому мастеру, который сумел кистью изобразить именно огненное устремление; оно было основой жизни этих двух подвижников.

В воспоминаниях учеников Николая Константиновича нередко говорилось о пирамиде. Мы связываем это сооружение с пирамидами древнего Египта. Но Рерихи слово пирамида понимали как духовность. Только на духовности может строиться здание; и тогда это здание будет вечным. А вершиной этого здания является Учитель. Вот такая компоновка смыслов. К Учителю можно приблизиться только через развитие духовности. <…>

Хорошо, когда Учитель рядом, хорошо, когда старшие Рерихи были живы. Ученики писали им письма и получали различные ответы. Но когда их не стало… Как дальше жить, как не сделать ошибки? Жизнь очень сложна. И как часто встречаются моменты, которые трудно понять? Как разобраться? Николай Константинович учил: «Познавайте Учение и через призму Учения разбирайтесь во всех условиях жизни».

Ученики отмечали также особое трудолюбие Николая Константиновича, к нему он призывал всех своих последователей. За жизнь им были написаны почти семь тысяч картин, около пятидесяти фундаментальных трудов, и при этом он годами путешествовал, иногда целые дни, не слезая с седла. У Николая Константиновича каждая минута была на учете. Целесообразность и соизмеримость в отборе дел были важнейшими дополнениями к его пониманию трудолюбия. <…>

О России. Во всех беседах и в письмах Указывалось: никакого сомнения в значении России не может быть, хотя трудностей и сложностей было и будет немало. И сейчас возникают вопросы: как же так, в России столько беспорядка… Вероятно, и сегодня мы не все просматриваем в истории России, видимо, не пришли еще сроки, когда Новая Россия процветет именно своими духовными началами и будет ведущей страной планеты. Но так учил Николай Константинович. Так воспринимали это его ученики, так они передали и нам.

Важными для учеников были беседы о сердце. Это инструмент, который будет прерогативой шестой расы. Развитие интеллекта уже дошло до предела. Нужно подключать новые структуры, новые рычаги познания мира. И Указано на сердце. В простонародье немало намеков на особую роль сердца. Часто говорят: посиди в тишине и прислушайся к сердцу, или говорят: мягкосердечный, жесткосердный, говорят о том, что сердце вещун, сердце предостерегает… Нужно только прислушаться к нему, уделить ему внимание, привыкнуть разговаривать с сердцем. И действительно, сердце будет давать о себе знать. Но оно любит тишину. Есть такой старый, на мой взгляд, прекрасный обычай. Когда люди уезжают и с ними прощаются, то обязательно садятся и говорят: «Давайте помолчим». Во время молчания совершается что-то такое, что не объяснимо на нашем физическом плане. Идет какое-то благословение, в котором, безусловно, участвует сердце. Сколько народной мудрости окружает нас, а мы по своей невнимательности проходим мимо. Давайте будем внимательнее. <…>

А сейчас я еще раз хочу сказать: не магии учил Николай Константинович Рерих нас через учеников своих, не медитации, не механическим приемам, но только развитию сердца.

В тишине подумаем о Том, Кто Ведет сегодня планету. На наших круглых столах часто задавали вопросы, кого избрать своим Учителем, своим Владыкой. Отвечая, как правило, я не говорил прямо. Почему? Потому что свободная воля каждого прежде всего. Сейчас скажу. Если мы идем этим Учением – Учением Живой Этики, то, естественно, нашим духовным Учителем будет лишь Тот, кто Дал Учение, Тот, кто Стоит сегодня во главе нашей планеты.

Счастья вам и благополучия!

_________________

Опубликовано: «И Борис принесет кирпич на построение Нового Храма»: Сборник избранных статей, выступлений, писем, воспоминаний, посвященный 85-летию со дня рождения Б.А. Данилова. Новокузнецк, 2013.

Опубликовано в Кузбасской Рериховской газете «Свет Утренней Звезды», от 30 декабря 2023 г.,  № 1/2(122). С. 4.

(Visited 11 times, 1 visits today)

Добавить комментарий